Anna (stilo) wrote,
Anna
stilo

Является ли Саркози неоконом?

Достали уже российские СМИ пропагандистского толка, все, как один, твердящие про «неокона» Сарко. Но что еще хуже, теперь это отражается и в комментах у меня в ЖЖ., а это значит, что нормальные люди покупаются на ложь советской пропаганды. Вчера френды l_u спросили, чем отличается Саркози от неоконов. Попробуем разобраться.

1. Генезис

Для начала посмотрим на происхождение неоконов в США и на происхождение политика Николя Саркози во Франции:

а) Многие американские неоконсерваторы вышли из среды левых, прежде всего, из троцкистов, и привнесли в консерватизм многие изначально не свойственные ему идеи. Но, сильно переменив консерватизм, можно сказать, обогатив его новыми методами, позаимствованными у левых, неоконсерваторы ни в коей мере не изменили сути консерватизма, как правого политического течения.

б) Саркози вышел из традиционно консервативных правых кругов и на протяжении своей карьеры постоянно дрейфовал влево. Дрейф этот происходил в силу того, что Саркози приспосабливаться к господствующим во Франции среди избирателей и массмедиа настроениям. На сегодня он стал практически центристом, политиком право-левого толка, о чем свидетельствует как его программа (смесь классического либерализма с этатизмом), так и первые шаги на посту президента (приглашение левых в правительство, расшаркивание с профсоюзами).

Справедливости ради, надо сказать, что голлизму, как политическому течению, всегда был присущ этот право-левый эклектизм, в частности, придание особого значения государству в экономике и в общественной жизни и поддержка мер социальной защиты, что противоречит правому либерализму. Так что здесь Саркози в рамках голлизма и национальной правой традиции – чистый либерализм никогда не пользовался во Франции высоким спросом. И именно поэтому так называемые «правые реформы» Саркози, трудно считать радикально правыми, какими они были, например, у Маргарет Тэтчер. В самом крайнем случае, их можно охарактеризовать лишь как умеренно-правые.

2. Интервенционализм

а) Неоконы. Придя в правый лагерь из среды троцкистов, неоконсерваторы принесли с собой не свойственную консерватизму идею экспорта революции, естественно, полностью заменив ее содержание: от экспорта революции социалистической они перешли к экспорту революций демократических. Само появление в американских политических кругах идеи интервенционализма стало возможным с ростом экономической и военной мощи США и с выходом их на лидирующие позиции в мире. Если бы американский капитал не приобрел того могущества, которое у него есть сегодня, то идеи неоконов так и остались бы идеями интеллектуалов для дискуссионных клубов, типа ЖЖ. Они были востребованы и стали реальностью именно потому, что некоторой части американского капитала они стали нужны и выгодны. Более того, их стало возможно реализовать благодаря совокупной американской мощи.

б) Саркози. Во Франции подобные идеи были похоронены с распадом французской колониальной империи и приходом в политику де Голля. Сам голлизм, из которого вышел Саркози, никак не предполагает интервенционализма - вооруженного вмешательства на чужих территориях для установления нужного интервентам режима. Можно сказать, что экономически такой метод стал Франции не по карману, да и в военном отношении Франция явно не США.

Доктрину Де Голля, которую разделяет и Саркози, являющийся продолжателем его дела, в двух словах можно выразить так: создание партнерских отношений как с бывшими колониями, так и с народами и странами, представляющими для французов тот или иной интерес. В поддержании выгодных Франции режимов по принципу: мы от вас имеем то, что нам нужно, а вам за это «бакшиш».

«Бакшиш» - это не только поделиться добычей-деньгами с племенными царьками. Это еще и поддержка, если нужно, Иностранным легионом (приглашаемым местным правительством на помощь), а так же самая широкая поддержка на межд. дипломатич. уровне, в том числе и в Совете безопасности ООН, где Франция имеет право вето. «Бакшиш» включает в себя так же льготный режим военных поставок (не стоит забывать, что Франция является крупнейшим производителем современных вооружений), оказание культурной, экономической, медицинской и образовательной помощи. Кроме того, самые тесные дружеские и личные связи, дружба семьями с главами патронируемого режима. То есть все то, что получило в современном языке название НЕОКОЛОНИАЛИЗМ.

Саркози и дальше намерен идти по этому пути, что кардинально отличает его от неоконов в США и результатом чего будет политика Франции, совершенно отличная от сегодняшней американской политики.

3. Ближний Восток и арабский мир

а) Для неоконов характерны полная поддержка Израиля и четкое обозначение в качестве врагов США радикальных мусульманских и арабских кругов. (Впрочем, многие среди последних, в свою очередь, давно обозначили США в качестве «большого сатаны»). Именно неоконы были решительно за вооруженное вмешательство в Афганистане, в Ираке. Они были бы не против и оккупации Сирии и Саудии. Они же готовы были бы бомбить Иран.


б) О такой позиции, как у неоконов, даже подумать страшно во Франции. Напротив, политика Саркози, как и любого голлиста, построена на долговременном союзе с арабскими и мусульманскими странами. Саркози полностью разделяет позицию Ширака о невмешательстве в Ираке. И даже поддержал бурные протесты шираковской администрации против американской оккупации Ирака. По поводу Ирана он тоже категорически против какого-либо вооруженного вмешательства.

Более того, он предлагает создать Средиземноморский пакт, некий альянс стран Юго-Западной Европы (Испания, Португалия, Франция, Италия) со странами арабо-мусульманского мира Северной Африки и Ближнего Востока.

Что Саркози не говорит, но это подразумевается, – что Франция в этом союзе по традиции будет играть первую скрипку, а арабы-мусульмане будут покорными младшими братиками.
С моей . зрения, это чудовищная иллюзия. М.б., такая позиция была и возможна еще 50 лет назад, но сегодня арабо-мусульманские «братья» сами хотят рулить, потому легко могут «старшего брата»-союзничка и отыметь с особым цинизмом.

Отсюда же вытекает и еще одно кардинальное различие Саркози и неоконов:

4. Ислам и исламизм (как политическое проявление ислама)

а) Американские неоконы воспринимают исламизм как своего главного врага на современном этапе, как разновидность тоталитаризма, равнозначную нацизму или коммунизму (в этом я с ними солидарна). И разбираться с исламизмом неоконы предлагают однозначно силовым путем: давать по шапке всюду, где исламизм пытается высунуть свой нос.

б) Саркози, в отличие от неоконов, сделал ставку на доктрину «европейского ислама», который надо формировать, выращивать, поддерживать и с которым надо договариваться. Отсюда его идеи государственного финансирования строительства мечетей во Франции, вопреки закону 1905 года об отделении государства от религии. Саркози предполагает, что гос-во сможет контролировать «евромечети», если они будут построены на государственные деньги. Отсюда же его попытки создать контролируемый государством Совет муфтиев и исламских организаций. Но в реальности большинство в Совете получили радикальные исламисты. Теперь деятельность этого Совета практически заморожена. Несмотря на сокрушительное фиаско в данном вопросе, Саркози не оставил надежд договориться с исламом и не спешит вслед за Бушем объявлять исламизм – новым фашизмом.

5. Отношение к иммигрантам

а) Неоконы последовательно выступают за равенство всех перед законом и против «позитивной дискриминации» вновь приехавших или же выходцев из, - как у нас их называют, - «чувствительных кварталов».

б) Саркози активный сторонник «позитивной дискриминации», то есть предоставления преимуществ и послаблений, льгот и преференций в образовании и трудоустройстве для «этнически инородных французов» и жителей «чувствительных кварталов». Кроме того, вместо остановки иммиграции (за которую ратуют как действительно правые французские политики, так и многие неоконы в США), он предлагает концепцию «избирательной иммиграции», когда в страну будет разрешен въезд лишь тем иностранцам, кто «нужен и полезен Франции».

6. Европа

а) Неоконы воспринимают Европу как младшего стратегического партнера и послушного союзника в рамках НАТО. Идеальный пример взаимоотношений с ЕС для неоконов – это Великобритания времен Блэра.

б) Саркози, как традиционный голлист, считает, что отношения с США должны выстраивать на равных, ни о каком «младшем партнерстве» речи и быть не может. Именно поэтому Сарко срочно занялся реанимацией процесса объединения Европы. Не стоит путать симпатии Саркози к США, как к стране, признания им американских достижений в целом ряде областей - с низкопоклонством перед Америкой. Это ошибка или вранье совковой пропаганды. Да, ему нравятся США, как страна, и многое в Америке он хотел бы позаимствовать и внедрить во Франции. Но это отнюдь не значит, что он будет покорно во всем следовать в фарватере американской политики. Об этом он неоднократно заявлял во время предвыборной кампании.

7. Россия

В отличие от неоконов, которые всячески поддерживают демократические перемены внутри России, позиция Саркози носит чисто прагматический характер. На словах он может что и промямлит о правах человека, на деле же будет выстраивать выгодные отношения с тем режимом, который в России есть и будет.

В отличие от неоконов, для которых правозащитная деятельность является приоритетной, для Саркози это всего лишь расхожая монета, которую всегда можно выгодно обменять на экономические и политические преференции.

Выводы:

Если ранжировать по право-левой шкале, то неоконы будут твердо на правом фланге среди подлинных либералов (не путать с левыми "либералами"-либерастами в США), хотя и не в лагере настоящих консерваторов, не "нео-", а так называемых "палеоконов", которые еще правее. Саркози же на этой шкале будет помещаться где-то в центре, наполовину правый, наполовину левый. А кроме того, Саркози – сторонник усиления ЕС, дружбы с арабами и исламистами, «позитивной дискриминации» и продолжения иммиграции из Африки и Магриба. Вот потому мы и не голосовали за него в первом туре.

Но только таким, право-левым и может быть в такой левой стране, как Франция, политик, претендующий на реальную власть. В общем-то, понятно, что в левой стране избираемый политик вынужден дрейфовать под избирателя и СМИ. Но когда он уже избран, у него появляется шанс реализовать нормальную правую программу для спасения страны. В этом плане вопрос остается открытым, использует ли Сарко этот шанс.

И я искренне не понимаю, почему путинский агитпроп в ходе предвыборной кампании и уже после нее так яро невзлюбил Саркози и всё пытается нацепить на него колпак неокона. Хотя понимаю, почему именно этот колпак ему напяливают в России: усилиями путинпропа в РФ из неоконов слепили жупел пострашнее фашистов. А почему для властей РФ «страшнее неокона зверя нет»? Потому что их политика насаждения демократии в других странах для путинцев самый жуткий ночной кошмар. Только Саркози ко всему этому, к сожалению, не имеет никакого отношения. Я же лично симпатизирую неоконам и мне совершенно не близки, если вообще не враждебны целый ряд программных установок и политических действий г-на Саркози. Потому как-то обидно, что неоконом называют человека, который этого совершенно не заслужил.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 93 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →